Черный Шут
шутный чорт
- Посмотри! Между ставнями мертвая муха! Мухи! Мертвое стадо!
- И что?
- Выкини! Выкини! Выкини!
- «Выкини», actually, звучит как «бикини».
- You bloody bastard! Выкини! Бикини! Выкини! Блять, ты прав! Но чтобы этой мертвой плоти не было в моем утреннем обзоре! Я люблю выпивать с утра и осматривать подоконную действительность, а особенно орать на строителей, которые передумали строить церковь (а я могла бы ходить и пить утром туда!) и строят муниципальное учреждение (куда, впрочем, я тоже могу ходить и пить, но они не подставят другую щеку). Из-за которого, между прочим, теперь наш дом подлежит расселению Так вот я люблю выпивать.. Выпивать. And that’s all.
- Мухи. Мухи мертвые. Мухи мертвые, ты живая, мухи мертвые, ты живая. Смотри, радуйся. Гогочи. Тыкай в них пальцем, высмеивай, полей вином или another fuel, которое у тебя в стакане, подожги и радуйся.
- Все так просто в твоем мире. Все так просто.
Два года назад я приехала в Москву с разобранным системным блоком, двумя парами трусов в огромном чемодане цветных колготок и отмечала это событие с другом где-то на Таганке.
Ради продолжения банкета, я звоню сегодня дружку:
- Ой, я в Италии!
Черт побери.
Звоню другому:
- Ой, я в Средиземном море!
Звоню третьей, она вообще в Турции, как я узнала из ее блога.
Господи, неужели мне тоже нужно лететь на воды и лечить цирроз?
Твою ж мать! Звоню маме:
- Ой, Алена, я в жопе! Ты что выпила?
А я только села с закрытой бутылкой шампанского. Я очень боюсь шампанского. С тех пор как на Новый год две бутылки открылись прицельно в меня, остальные следуют по проторенной тропе. Поэтому легче просто сидеть с шампанским. Все равно окружающие думают, что я уже пьяная. Зачем зря переводить. Я против перевода. Только с японского. С китайцами на удивление я нашла общий язык. Благо, китайцев, как оказалось, с детства учат общаться с русскими, возможно, у них даже есть манекен, который они бережно укутывают в ушаночку после занятий искусственного троекратного поцелуя.
Или как мы с лысым ирландцем однажды орали:
«Some say the devil is dead, the devil is dead, the devil is dead
Some say the devil is dead, and buried in Killarney
More say he rose again, more say he rose again
More say he rose again and joined the British Army»
Где-то между живыми «Cruachan» и лишним стаканом на День Святого Патрика в «ЛДМ». Карамба! Да как я могу назвать какой-то стакан лишним?! Третий зачастую лишний, а стакан близко к сердцу. Да, именно в этом причина постоянного недостойного упадка спиртного мне в декольте.
И я, собственно, говорю ирландцу, прикрывая пятно от водки (сока, сока с водкой, если ты читаешь меня, мама) рукой (своей, своей рукой, если ты читаешь меня мама):
- Черт, ну я же с кем-то сюда пришла.
- А как он выглядел?
- Большой, волосатый, с таким вот оскалом (высокий блондин в очках по имени Виталик, если ты все еще продолжаешь читать, мама).
Я к тому, что часто думаю как передать музыку в своей голове, а еще хуже если у меня там пляски и песнопения. На самом деле, я давно учена знатной ирландской поговорке – «A silent mouth is musical».
Это если по-русски руками развести и глаза вылупить.
Догорают мухи во славу вечной жизни.